?

Log in

No account? Create an account
Монахиня Кассия — ἡ Κασσία μοναχή
обрывки рукописей
чревобесие 
Схолии 
29-апр-2018 06:07 pm
В последние годы жизни он каждую неделю обедал у Александра Михайловича Тургенева, директора медицинского департамента. Тот был хлебосол и держал отличную кухарку Александру Егоровну. Чтобы угодить Крылову, меню составляли из самых тяжелых, сытных кушаний, а готовили в четверном количестве. В его последний обед в этом доме была уха с расстегаями. Рядом с поэтом сразу поставили глубокую миску с горой расстегаев. Он быстро с ними покончил и после третьей тарелки ухи обернулся к буфету. Лакей тут же поднес ему большое общее блюдо с пирогами, где еще оставался запас. За обедом Крылов не любил говорить, но здесь не мог удержаться. «Александра Егоровна какова! Недаром в Москве жила – у нас здесь такого расстегая никто не смастерит – и ни одной косточки! Так на всех парусах через проливы в Средиземное море и проскакивают! – Крылов ударил себя при этом ниже груди. – А про уху и говорить нечего. Янтарный навар!» Тут подали громадные телячьи отбивные котлеты, которые еле умещались на тарелках: казалось, и половины не осилишь. Крылов взял одну, другую, остановился, окинув взглядом обедающих, и потянулся за третьей. «Ишь, белоснежные какие! Точно в Белокаменной», – счастливый и довольный, поведал он. Покончить он умудрился раньше других и, увидев, что на блюде остались еще котлеты, потребовал и их. Громадная жареная индейка также вызвала его неподдельное восхищение. «Жар-птица, – жуя и обкапывая салфетку, повторял он. – У самых уст любезный хруст. Точно кожицу отдельно и индейку отдельно жарила Егоровна. Искусница!»
А вскоре на столе появились нежинские огурчики, моченые брусника, морошка, сливы… Крылов их очень любил. «Нептуново царство», – радовался он, проглатывая антоновки, как вишни.

Обычно на званом обеде полагалось четыре блюда, для Крылова делали пятое. Три первых готовила кухарка, для двух других приглашался Федосеич, помощник шеф-повара в Английском клубе. Появлялся Федосеич за несколько дней до обеда, обговаривая меню. В тот раз остановились на страсбургском пироге и сладкой гурьевской каше на каймаке (густые уварные сливки с топленого молока, пенки). Федосеич глубоко презирал страсбургские пироги в консервах, приходившие из-за границы. «Это только военным в поход брать, а для барского стола нужно поработать», – негодовал он и явился с 6 фунтами свежайшего сливочного масла, трюфелями и громадными гусиными печенками. Начались перетирания. К обеду блюдо сложили горкой, украсили зеленью и чистейшим желе. «Как было не предупредить? У меня все места заняты», – расстроился Крылов. «Найдется у вас еще местечко», – утешал хозяин. «Место найдется, но какое? Партер занят, бельэтаж и ярусы тоже. Один раек остался. Федосеича в раек – грех…» – и Крылов съел две тарелки. «А местечко для сладкого?» – коварно спросил Тургенев. «Для Федосеича всегда найдется, а если нет, то и в проходе постоять можно», – пошутил баснописец. Вышел он из-за стола грузно и направился в кабинет, где пили кофей. Обычно он выпивал два стакана пополам со сливками. А сливки в то время были – воткнешь ложку, она и стоит. Любил Иван Андреевич покушать…
29-апр-2018 06:16 pm
Меня тоже поражали "легкие завтраки" у Диккенса
30-апр-2018 12:40 am
:) Почитал такое - посреди глухой ночи... И... Сразу почему-то, есть захотелось, как с голодного края.
Вот умели же люди. :)
И приготовить, и покушать, и описать весь этот процесс...
30-апр-2018 06:35 am
Двигались больше. Опять же верхом много ездили, а после часа езды на лошади легкой рысью, эту лошадь же хочется заточить срочно тут же под кустом. В долгой дороге перерывы между едой больше были: пока на коляске, запряженной лошадью доедешь - проголодаешься.
Очередной лист исписан май 25 2018, 1:02 pm GMT.