Кассия (Татьяна) Сенина (mon_kassia) wrote,
Кассия (Татьяна) Сенина
mon_kassia

Categories:
  • Music:

Монастырь Липса в Константинополе

От него остался только храм, и тот очень пострадал от пожаров, но его восстановили в 60-х годах; теперь там мечеть, но никакой турецкой отделки практически нет: стены внутри голые, и видна кладка.
Рассказ о монастыре - из R. Janin, Le siège de Constantinople et le Patriarcat Oecuménique. Les églises et les monastères, перевод мой ©; фотографии - мои и ssuvorov, 24 апреля прошлого года. Мы добрались туда уже вечером, поэтому темновато.



«Μονὴ τοῦ Λιβός

История.

Этот монастырь существовал на протяжении пяти столетий, разорванных периодом неизвестной продолжительности, во время которого он погрузился в глубокий упадок, если только не исчез вовсе.

Авторы расходятся относительно даты его основания. Патриографы утверждают, что это произошло в царствование Романа Лакапина и Константина Порфирородного. Основателем, по их словам, был Константин Липс, друнгарий флота, который прибавил к церкви странноприимницу и монастырь. Некоторые хронисты, кажется, зависящие от одного и того же источника, поскольку их тексты почти идентичны, говорят, что событие имело место при Льве Мудром, и что освящение состоялось в июне 907 г., в присутствии императора, которого пригласил Константин Липс. Этот Константин Липс погиб в неудачном сражении, которое византийцы дали болгарам (20 августа 917 г.).

Трудно выбрать между этими двумя традициями. Если вторая и опирается на несколько свидетельств, то это потому, что они явно происходят из общего источника, а это не придает им больше веса. Как бы то ни было, монастырь построил некий Константин Липс в Х веке. Об этой обители до ее восстановление в конце XIII века ничего неизвестно, кроме того, что она находилась в развалинах, если только вообще полностью не исчезла.



Ее восстановила императрица Феодора, супруга Михаила VIII Палеолога, после смерти мужа. Она оставила прежнюю церковь в честь Богоматери, а затем построила церковь в честь святого Иоанна Крестителя; она также восстановила странноприимный дом, построенный Константином Липсом. Церковь должна была служить усыпальницей для императорской семьи. Сама Феодора начала этот ряд 4 марта 1303 г.; 5 мая 1306 г. настала очередь ее сына Константина, брата Андроника II. 16 августа 1324 г. Ирина, жена Андроника III, умирает в Родосто, но ее тело было погребено с императорскими почестями в монастыре Липса. 13 февраля 1332 г. престарелый император Андроник II находит там свое последнее пристанище. Летом 1417 г. русская царевна Анна умирает от чумы в Константинополе и тоже погребается в монастырской церкви. Согласно диакону Зосиме, она была дочерью великого князя Московского Василия Димитриевича; она вышла замуж за Иоанна VIII Палеолога.



Диакон Зосима застал монастырь еще действующим около 1420 г.; он называет его «женский монастырь Липесси» — очевидное искажение Липса. Еще позднее русский аноним, посетивший Константинополь во второй четверти XV века, подтверждает этот факт.



Итак, монастырь просуществовал до конца Византийской Империи. В нем находились в качестве реликвий мощи святого Стефана Нового и святой Ирины, которую не удается идентифицировать. Главным праздником было Рождество Пресвятой Богородицы, когда императорская семья посещала монастырь.

Типикон.

Устав монастыря нам известен из типикона, который ему дала императрица Феодора; к сожалению, он неполон. Отец И. Делеэ опубликовал его в «Deux typica byzantins de l’époque des Paléologues», р. 106–136. Монастырь был независимым и был связан только с присоединенной к нему странноприимницей. Царствующий император надзирал за учреждением. Число монахинь было 50, из них 30 для богослужений и 20 для ручных работ. От них не требовалось никакого вклада, но те, которые его вносили, не могли вследствие этого иметь преимущество и получить какую-либо выгоду. Срок послушничества был более или менее продолжительным, в зависимости от возраста и прежней жизни поступившей в монастырь. Принимать монахинь, приходивших из других обителей, позволялось, только если они были безупречного поведения и неложно соблюдали правила. Если дочь или племянница основательницы монастыря хотела туда удалиться, ей могли быть предоставлены некоторые привилегии.



Богослужение проводилось четырьмя священниками, двумя в старом храме и двумя в новом; они получали ежегодное содержание в виде 12 золотых монет, 50 медимнов хлеба и 36 мер вина. Для исповеди у общины был «духовный отец». Он должен был посещать монастырь один раз в месяц, но не оставался там более трех дней. В это время он жил в странноприимном доме. К монастырю также был приписан врач, который жил в Городе. Он приходил раз в неделю, кроме Великого поста; однако его могли приглашать в случае необходимости. Обет давался навсегда и требовал следования строгим правилам.



Монахини жили по уставу святого Саввы и семь раз в день собирались в церковь для божественной службы. Литургия служилась четыре раза в неделю в обоих храмах, не считая воскресных дней и праздников. Каждый раз приносились восемь хлебов. Двумя главными праздниками были Рождество Пресвятой Богородицы и память святого Иоанна Крестителя. Особенно ярко храм освещался 8 сентября, поскольку в монастырь приходил двор. Основательница просила, чтобы ее похоронили в храме святого Иоанна Крестителя, где уже лежали ее мать и ее дочь Евдоксия. Остальные царевичи и царевны из императорской семьи также должны были упокоиться в этом храме. По всем им совершали ежегодное поминовение.



Выбору настоятельницы посвящалась одна неделя. После того как выбор окончательно совершался, двенадцать старейших сестер провожали избранную в императорский Дворец, где государь вручал ей жезл — символ ее власти. Священник благословлял ее в храме перед иконой Богоматери. Она могла быть низложена. Как в большинстве монастырей, экономство доверялось не монахине, а мирянину, которому типикон определяет жалование. Он избирался настоятельницей, первенствующими монахинями и духовником. Кушанья на трапезе были указаны в типиконе; разумеется, они менялись в зависимости от того, был пост или нет. Дважды в год, в апреле и в октябре, монахини получали одежды, которые давались им на год или два. У каждой было две туники, одна шерстяная мантия, три пары башмаков и т. п. Посещение бани предусматривалось четыре раза в год.



В типиконе указаны общие имения монастыря и странноприимницы. Они были дарованы императрицей Феодорой и ее матерью. Было предусмотрено, что если доходов начнет не хватать, или из-за вторжения варваров, или по какой-либо иной причине, то можно продать ценные вещи, но нельзя отчуждать имения. Они находились в фемах Македония и Силиврия, в районе Смирны, возле Никомидии и Скутари, в самом Константинополе и его окрестностях.

Местоположение.

Согласно хронистам, монастырь был построен в квартале, называвшемся Μερδοσάγγαρις, положение которого, к счастью, точно определяется благодаря следующему добавлению: вблизи храма Святых Апостолов (ἐγγὺς τῶν ἁγίων ἀποστόλων). Вероятно, это побудило А. Г. Паспати и других авторов отождествить монастырь Липса с мечетью Demircilermesciti, расположенной к востоку от Фатиха, которая была разрушена землетрясением в июле 1894 г. Мордтманн, А. ван Милленген и Ж. Эберсольт более удачно отождествили его с мечетью Fenerisamesciti в долине Ликуса. Впрочем, А. ван Миллинген и Ж. Эберсольт ошибочно называли храм «Святой Всенепорочной Марии» и «Всенепорочной Богоматери», из-за эпитета πανάχραντος, который все еще читается в наполовину сохранившейся надписи на наружной стене апсиды. Этот термин πανάχραντος (Всенепорочная) — классический эпитет, прилагаемый к Богородице, а не отличительное посвятительное наименование. Русский аноним выражается яснее, чем хронисты: «Спускаясь от Апостолов в южном направлении, доходишь до двух женских монастырей… и в другом (хранится) Стефан Новый и святая Ирина, которые утверждают веру христиан». Идентификация тем более достоверна, что находки, сделанные в 1929 г., полностью согласуются с данными типикона Феодоры.



Название Fenersamesciti (мечеть Фенер Исы) восходит к лицу, приспособившему церковь для мусульманского богослужения († 1496). Здание было сильно повреждено пожарами в 1622 и 1917 гг. В 1636 г. великий визирь Байрам Паша убрал внутренние колонны и заменил их большими стрельчатыми арками.

Здание.

В 1929 г. Т. Макриди, хранитель Стамбульского Музей древностей, провел в Фенериса плодотворные раскопки, руководствуясь указаниями типикона Феодоры. Здание состоит из двух смежных храмов, окруженных на западе и юге эксонартексом или коридором. Макриди прозондировал почву в северном храме и пришел к выводу, что первоначальное здание относилось к VI столетию. Остатки этого памятника, особенно капители и столбики, были использованы в постройке Константина Липса. Первоначальный храм имел, возможно, пять нефов; храм Липса должен был их иметь тоже пять или только три, согласно некоторым авторам. Сегодня он представлен в виде одного крестообразного нефа, увенчанного куполом; на востоке храм оканчивается тремя апсидами. Его внутренние размеры, не считая нартекса, составляют 14.5 на 9.5 метров. Большие арки, которые поддерживают купол и образуют равноконечный крест, уже не опираются на четыре столба или колонны: Байрам паша заменил последние двумя большими стрельчатыми арками.



Южный храм, построенный Феодорой в честь святого Иоанна Крестителя, имеет три нефа. Его структура совсем иная. Центральный купол покоится на четырех массивных столбах. Здание разделено на три нефа, и его внутренний размер 13 на 12 метров. Вероятно, когда в обоих храмах не хватило место для захоронений, был построен пареклессий в форме нартекса перед входом и с правой стороны. Благодаря типикону основательницы, Макриди смог идентифицировать могилы Феодоры, ее матери и ее дочери Евдоксии. Всего он обнаружил 32 захоронения.



Надстройки северного храма включали в себя четыре придела, устроенных с двух сторон от свода. Во время раскопок были обнаружены различные предметы, в числе прочего красивая мозаичная икона святой Евдоксии, которая ныне находится в Стамбульском Музее древностей. На месте алтаря в южном храме была обнаружена открытая мраморная рака, в которой некогда находилось тело святой Ирины. Все еще сохраняются следы мозаик в южном нартексе, уничтоженном пожарами.



Работы, предпринятые после 1960 г., позволили восстановить в той мере, в какой это было возможно, разрушенный пожарами памятник. Американский византийский Институт восстановил наружную часть, тогда как турки работали внутри обеих церквей.»



PS: Вот тут под № 35 есть еще много черно-белых фото, на первых видно, в каком состоянии храм был до восстановления.
Tags: Κωνσταντινούπολις
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 12 comments